Щеглов Л.М.

 

Вернуться на главную страницу
О журнале
Отчет
Редакционный совет
Приглашение к публикациям

Особенности социально-психологической адаптации девушек в контексте нарушений пищевого поведения

Мясникова О.В., Кузьмина А.С. (Барнаул, Россия)

 

 

Мясникова Олеся Владимировна

Мясникова Олеся Владимировна

студент кафедры клинической психологии; Алтайский государственный университет, пр. Ленина, 61, Барнаул, 656049, Россия.
Тел.: 8 (3852) 296-665.

E-mail: myasnikova_olesya@mail.ru

Кузьмина Анна Сергеевна

Кузьмина Анна Сергеевна

кандидат психологических наук, доцент кафедры клинической психологии; Алтайский государственный университет, пр. Ленина, 61, Барнаул, 656049, Россия. Тел.: 8 (3852) 296-665.

E-mail: annakuz87@yandex.ru

 

Аннотация

Данная статья посвящена изучению особенностей социально-психологической адаптации в контексте нарушений пищевого поведения у девушек. Актуальность работы обусловлена ростом распространенности расстройств питания среди молодого поколения и появлением новых типов нарушений в данной сфере. Несмотря на высокую значимость социального фактора при формировании и поддержании нарушений пищевого поведения, в настоящее время недостаточно исследований, касающихся особенностей взаимодействия с обществом у людей с нарушениями питания.

Целью данной работы являлось изучение особенностей социально-психологической адаптации у девушек с нарушениями пищевого поведе-ния. Автором была выдвинута гипотеза о том, что у них имеется более низкий уровень социально-психологической адаптации, чем у девушек, не имеющих нарушений питания. В ходе исследования использовался следующий диагностический инструментарий: шкала «Тест отношения к приему пищи» (Eating Attitudes Test, EAT-26), Опросник социально-психологической адаптации (СПА) К. Роджерса и Р. Даймонд в модифи-кации А.К. Осницкого, Когнитивно-эмотивный тест (КЭТ) Ю.М. Орлова. Для обработки полученных данных применялись статистические возможности программ Microsoft Excel 2007 и IBM SPSS Statistics 24.

В результате проведенного эмпирического исследования выявлено, что девушки с рисками формирования нарушений пищевого поведения являются более социально дезадаптированными, чем девушки из группы условной нормы. Показаны особенности психологических защит, а также обнаружена более низкая степень самопринятия у девушек с рисками формирования расстройств питания. Были сделаны выводы о том, что девушки, имеющие нарушения пищевого поведения, обладают рядом психологических особенностей, таких как наличие защитных механизмов, более низкий уровень самопринятия и др., которые оказывают неблаго-приятное влияние на процесс адаптации в социуме.

Полученные в результате настоящего исследования данные пред-ставляются полезными для проведения психологического вмешательства, а также для более полного понимания картины пищевых расстройств.

Ключевые слова: расстройства пищевого поведения, социально-психологическая адаптация, социальная оценка, самопринятие, социаль-ная дезадаптация, самоотношение, самооценка, социальная ситуация, эмоциональная регуляция

 

Ссылка для цитирования размещена в конце публикации.

 

 

Введение

В настоящее время, в условиях особой популярности социальных сетей, через которые происходит агрессивное навязывание определенных установок в отношении тела, питания и в целом осуществляется пропаганда определенного образа жизни, признанного обществом идеальным, все большее распространение получают различные нарушения питания. Кроме того, имеет место возникновение новых форм данных нарушений, например, орторексии, связанной с маниакальным стремлением употреблять только здоровую пищу. В связи с этим исследования, связанные с расстройствами питания, не только не теряют своей актуальности, но и становятся более востребованными.

По данным статистики, расстройства пищевого поведения составляют около 20 % от всех психических расстройств и при этом занимают первое место по уровню летальности в результате наличия психического расстройства [1; 2]. Кроме того, последствиями расстройств пищевого поведения становятся различные нарушения в работе сердечно-сосудистой системы, желудочно-кишечного тракта, эндокринного аппарата и других систем организма. Чаще всего расстройства питания наблюдаются у лиц женского пола, начиная уже с подросткового возраста. Такой рост частоты регистрации данных психических расстройств (значительная часть случаев так и остается без внимания специалистов ввиду отсутствия обращений к ним) ученые связывают с увеличением значимости социального фактора в картине формирования нарушений пищевого поведения, о чем уже упоминалось в начале. [3; 4; 5].

Под непосредственно пищевым поведением принято понимать определенное отношение человека к пище и к процессу ее приема в контексте ее ценностного содержания для данного человека; сложившийся поведенческий стереотип питания, который сохраняется как в нормальных условиях, так и при стрессовом воздействии; также сюда относят особенности поведения человека, ориентированные на образ тела и его поддержание [6]. Пища при этом служит не только в качестве источника энергии для поддержания жизни и нормального функционирования организма, но и выступает особым регулятором эмоционального состояния, включаясь, таким образом, в психологическую сторону жизни человека. Кроме того, пища является элементом межличностных отношений, например, на деловых встречах и семейных праздниках, а также отражает некоторые культурные традиции различных народов в виде нацио-нальных блюд и пищевых традиций. Таким образом, пища оказывается включенной и в социальную жизнь человека.

Нарушения пищевого поведения, согласно DSM-V, характеризуются стойкими изменениями в процессе потребления пищи, изменением пищевых привычек, что оказывает негативное влияние на физическое здоровье и психосоциальное функци-онирование человека. Среди наиболее известных выделяют нервную анорексию, нервную булимию, компульсивное переедание и ряд других расстройств питания. Стоит отметить, что расстройства пищевого поведения, хотя и регистрируются чаще всего в возрасте от 10 до 25 лет, могут получить свое развитие в любом возрасте. Кроме того, несмотря на большую распространенность данных расстройств именно среди женщин, немало случаев наблюдается и в мужской популяции. Так, по данным NEDA (The National Eating Disorders Association — Американской ассоциации пищевого поведения), в Соединенных Штатах Америки 20 миллионов женщин и 10 миллионов мужчин за свою жизнь имеют то или иное нарушение пищевого поведения [7].

На современном этапе изучения природы нарушений пищевого поведения все многообразие факторов, играющих роль в создании неадаптивных установок в отношении питания, может быть уложено в биопсихосоциальную модель, согласно которой все группы факторов оказывают воздействие на формирование и последующее поддержание расстройства комплексно, а не отдельно друг от друга. К биологическим факторам, которые влияют на развитие расстройства пищевого поведения у человека, относят наследственную предрасположенность: обычно какие-либо нарушения питания наблюдаются у ближайших родственников. Также здесь отмечаются определенные физиологические особенности, которые уложены в теорию заданности, согласно которой для каждого человека есть определенная точка идеального веса, то есть существует некоторый диапазон значений массы тела, при которых процессы в организме протекают в комфортной среде. Таким образом, организм стремится находиться в этом диапазоне, но если же отклонение от такой индивидуальной нормы произошло, то возможно, например, появление эпизодов компульсивного переедания, что впоследствии может развиться в булимию [8].

Особую роль, как уже было указано выше, в картине расстройств пищевого поведения играют социальные факторы. О том, что окружающая среда, общество влияют на процесс развития человека, Л. С. Выготский еще в прошлом веке изложил в культурно-психологическом подходе [9]. Через культурное влияние человек усваивает определенные нормы, являющиеся общепринятыми в обществе, в котором он находится, в том числе и идеал образа тела, приемлемые пищевые привычки и т. д. Это может стать поводом для изменения своего внешнего вида путем соблюдения диет, а также, возможно, для снижения самооценки и непринятия себя под действием несоответствия существующим идеалам.

Однако подверженность развитию пищевых расстройств определяется еще и психологическими характеристиками человека. Среди особо значимых личностных качеств выделяют перфекционизм, повышенную тревожность, ригидность мышления и другие [3; 10; 11]. Таким образом, при изучении природы развития расстройств питания необходимо комплексно рассматривать все факторы — биологические, социальные, психологические, — и при этом не просто суммировать их, а учитывать особенности их взаимодействия между собой.

Такая многофакторная природа нарушений пищевого поведения создает сложные условия не только для изучения, но и для проведения терапевтического вмешательства. Большое число возможных влияний, которые, кроме того, могут меняться с течением времени (особенно социальный фактор), требует от специалистов индивидуального подхода к каждому случаю, поэтому представляется необходимым увеличение и обновление базы знаний относительно нарушений питания.

В исследовании, описанном в данной статье, в фокусе внимание находится одна из сторон взаимодействия социального и психологического факторов. Целью данной работы является изучение взаимосвязи между уровнем социально-психологической адаптации и степенью самопринятия у девушек с нарушениями пищевого поведения.

Условия современного мира предполагают высокую вовлеченность человека в различные социальные ситуации, начиная от его профессиональной сферы деятельности и заканчивая общением с близкими людьми. О значимости социальной среды в процессе развития говорил Л. С. Выготский [9]. Согласно его культурно-историческому подходу, именно благодаря взаимодействию с окружающим миром происходит формирование представлений о мире, усвоение правил, норм и стандартов, в том числе касающихся внешности. Посредством усвоения норм и правил человек имеет возможность приспосабливаться к жизни в социуме. Кроме того, ситуация, как указывает А. С. Трифонова, содержит в себе и психологические параметры, тем самым вызывая у участников определенные переживания, эмоции, мысли, чувства и т. д. [12].

При рассмотрении социальной ситуации в рамках изучения нарушений пищевого поведения особое внимание стоит обратить на наличие в ней социальной оценки. Субъект в ситуации (человек) характеризуется активностью, то есть способностью влиять на ее протекание и исход. Однако он не просто безоценочно находится в ситуации, действуя при этом по какому-то шаблону. Субъект обладает рядом индивидуально-психологических характеристик, которые включают в себя особен-ности его личности, внутренние побуждения, чувства, мысли, убеждения и т. д. Поведение человека, таким образом, обусловлено также тем, как он эту ситуацию воспринимает. Он не просто получает информацию, а «пропускает ее через себя», формирует свое отношение к ней. Особенности отражения субъектом действительности зависят от его предшествующего опыта, а также от уровня усвоения им социокультурных норм [13]. В рамках когнитивно-поведенческого подхода поведение человека в ситуации рассматривается неотрывно от его психологической сферы. Согласно основным «постулатам» КПТ, в ответ на любые события у человека возникают мысли и эмоции, которые, в свою очередь, запускают определенные поведенческие реакции [14]. Таким образом, рассмотрение человека и в социальной ситуации невозможно без учета его личностных характеристик. То, как человек воспринимает происходящее, что чувствует, оказывает непосредственное влияние на его дальнейшее поведение в данной ситуации, на выбор им способа реагирования.

Находясь в социальной среде, человек вынужден в той или иной степени подстраиваться под окружающую его действительность, то есть адаптироваться к тем условиям, в которых он действует. Отсюда следует, что человеку необходимо обладать каким-либо набором навыков, которые позволят ему это успешно осуществить [15]. Под адаптированностью в данном случае подразумевается согласованность между требованиями, которые предъявляет социальная среда, и личностью самого человека, находящегося в ней. Следовательно, социально-психологическая адаптация — это определенная степень приспособленности человека к комфортному, гармоничному существованию в социуме. Данное понятие объединяет в себе не только необходимость следовать установленным в обществе нормам и правилам, но при этом способность учитывать собственные интересы, мотивы, убеждения и т. д. Социально-психологическая адаптация характеризуется процессом осознания человеком необходимости постепенного изменения отношений с окружающим миром с помощью овладения новыми способами поведения и реагирования, и также освоением новых приспособительных механизмов, которые направлены на налаживание гармонии в отношениях «личность — среда».

Учеными (М. А. Дмитриева, К. Шрайнер и др.) были выделены определенные критерии, с помощью которых можно оценить, насколько успешно адаптируется человек [16]. Данные критерии в некотором смысле совпадают с критериями зрелости личности. Среди наиболее значимых критериев социально-психологической адаптированности выделяют чувство собственного достоинства, способность уважать окружающих, умение понимать собственные проблемы и впоследствии справляться с ними. В свою очередь, говоря о дезадаптированности в обществе, выделяют такие критерии, как наличие защитных барьеров, мешающих реалистично осознавать действительность и осмыслять свой опыт, непринятие не только самого себя, но и других людей, отсутствие гибкости. Таким образом, к наиболее важным параметрам социально-психологической адаптации, которые способствуют успешному приспосаб-ливанию к социальной среде, могут быть отнесены принятие себя и других, умение анализировать опыт, понимать наличие проблем и готовность их решать [17; 18].

Рассмотренное определение социально-психологической адаптации свидетельст-вует о том, что на успешность ее протекания оказывают влияние особенности самого человека. В свою очередь, нарушения пищевого поведения изначально возникают под влиянием некоторых психологических факторов и с течением времени актуализируют новые личностные особенности, которые играют роль в социальной жизни в том числе.

Особое место в картине психологических факторов, оказывающих влияние на возникновение расстройств питания, занимает перфекционизм [11]. Под перфек-ционизмом понимается стойкое убеждение в том, что некий существующий идеал должен быть обязательно достигнут, а отклоняющиеся от него формы практически не имеют права существовать. В сочетании с особым вниманием девушек к собственному телу такое убеждение относительно идеальных форм способствует формированию неадекватного образа собственного тела и снижению самооценки. Девушки перестают принимать свое тело и даже могут испытывать ненависть к нему и к самим себе за то, что не являются достаточно «идеальными» или не могут достичь нужной формы.

Кроме того, исследователи указывают на наличие у девушек с расстройствами пищевого поведения трудностей в социальной сфере [10]. Данные трудности связаны со страхом негативной оценки со стороны общества, а также с чрезмерным беспокойством по поводу своего тела и внешнего вида, что тоже имеет связь с социальным оцениванием.

Таким образом, исходя из проведенного теоретического анализа проблемы, в качестве гипотезы в настоящем исследовании выступило предположение о том, что девушки с нарушениями пищевого поведения имеют более низкую степень социально-психологической адаптации, чем девушки, не имеющие расстройств питания.

Материалы и методы исследования

Выборку исследования составили девушки в возрасте от 13 до 22 лет, проживающие на территории Российской Федерации. Опрос респондентов проходил среди пользователей сети интернет, в частности, среди участниц таких групп в социальной сети «Вконтакте», которые непосредственно связаны с темой расстройств пищевого поведения; опрос осуществлялся в электронном виде с использованием возможностей сервиса «Google Формы».

Выборка гомогенна по полу (только девушки). Средний возраст участниц исследования составил 19 лет (18,9 года).

Для оценки выраженности симптоматики расстройств пищевого поведения использовалась шкала «Тест отношения к приему пищи» (Eating Attitudes Test, EAT-26) — она признана в настоящее время наиболее популярной среди тестов, которые применяются для измерения выраженности симптоматики расстройств питания. Был также использован диагностический метод подсчета баллов, который позволяет оценить вероятность риска клинических форм расстройств пищевого поведения.

Для оценки выраженности особенностей психологического реагирования в социальных ситуациях применялись два диагностических инструмента, которые позволяют увидеть картину в более полном объеме и имеют сходные интерпретации шкал. Был использован Опросник социально-психологической адаптации (СПА) К. Роджерса и Р. Даймонд в модификации А. К. Осницкого, направленный на выявление степени адаптированности/дезадаптированности личности в социальной сфере и в качестве шкал предлагающий ряд различных параметров, таких как уровень самопринятия, уровень принятия других, эмоциональный дискомфорт и другие.

Вторым инструментом для измерения актуализации психологических особен-ностей в социальных ситуация был Когнитивно-эмотивный тест (КЭТ) Ю. М. Орлова. Данный тест направлен на измерение когнитивных процессов, выражающихся в виде защитной рефлексии человека на переживание страха неудачи, обиды, чувства стыда и вины. Методика содержит проективную составляющую в виде постановки задачи перед испытуемым представить определенную ситуацию, в которой предполагается переживание указанных выше эмоций.

Вместе с указанными опросниками была проведена небольшая беседа для уточнения результатов.

Для анализа эмпирических данных и проверки гипотез использовались следующие методы математической статистики — расчет описательных статистик: среднее значение (М), медиана (Md), минимальное (Min) и максимальное (Max) значение параметра, стандартное отклонение (σ), дисперсия (D), асимметрия (As) и эксцесс (Ex), а также их стандартные ошибки для оценки нормальности распределения признака. Кроме того, для проверки на нормальность распределения полученных результатов применялся критерий согласия λ Колмогорова—Смирнова. Для сравнения средних ранговых значений использовался U-критерий Манна—Уитни, а для анализа взаимосвязей между исследуемыми переменными — корреляционный анализ с учетом коэффициентов линейной корреляции r-Спирмена.

В качестве инструментов обработки данных были использованы статистические возможности компьютерных программ Microsoft Excel 2007 и IBM SPSS Statistics 24.

Результаты исследования

По результатам опросника EAT-26 было выделено 2 группы девушек: группа, имеющая риск развития нарушения пищевого поведения (22 человека), и группа нормы (35 человек).

Согласно рис. 1, наибольшая разница в средних значениях в группе отмечается по интегральной шкале «Эмоциональный комфорт», при этом показано, что в группе риска уровень эмоционального комфорта в социальных ситуациях ниже, чем в группе нормы. Подобные результаты отмечаются в сравнении средних значений по другим интегральным шкалам: «Адаптация» и «Самопринятие».

Соответствующие результаты наблюдаются по шкалам, которые входят в отмеченные интегральные показатели. Так, более высокий уровень эмоционального комфорта в группе нормы и более высокий уровень эмоционального дискомфорта в группе риска являются подтверждением выявленной разницы по интегральной шкале «Эмоциональный комфорт». Высокий уровень по шкале «Принятие себя» и низкий уровень по шкале «Непринятие себя» в группе нормы также соответствуют полученному значимому высокому уровню самопринятия в данной группе. А более низкий средний показатель адаптивности и более высокий показатель дезадап-тивности в группе риска соотносятся с соответствующей интегральной шкалой «Адаптация», которая показывает значимо более низкий уровень данного показателя в группе риска развития пищевых нарушений.

 

Рис. 1. Сравнение средних ранговых значений значимых показателей по результатам Опросника социально-психологической адаптации (СПА)

 

Согласно рис. 2, между группой нормы и группой риска существует примерно равная разница по всем значимым шкалам, однако наибольшая разница средних значений наблюдается по шкалам «Объем защитной рефлексии при репродукции обиды» и «Защита от зависти»: группа риска показывает более высокий уровень механизма защиты от зависти и больший объем защитной рефлексии в ситуациях, актуализирующих чувство обиды, чем нормативная группа. Наименьшая разница между группами при этом отмечается по шкале «Объем защитной рефлексии при репродукции неудачи».

Выявленные в результате проведенного корреляционного анализа взаимосвязи между рассматриваемыми в настоящем исследовании параметрами подтверждают полученные данные, описанные выше. Так, обнаруживается значимая положительная связь между наличием рисков нарушений пищевого поведения и объемом защитной рефлексии при репродукции обиды (r = 0,38; p = 0,01). Аналогичная взаимосвязь выявлена между показателями наличия риска пищевого нарушения и агрессии против себя (r = 0,34; p = 0,01) и защиты от зависти (r = 0,35; p = 0,01). Положительные корреляции обнаруживаются также между наличием риска пищевых расстройств и такими параметрами, как эмоциональный дискомфорт (r = 0,28; p = 0,05) и непринятие себя (r = 0,3; p = 0,05).

 

Рис.2. Сравнение средних ранговых значений значимых показателей по результатам Когнитивно-эмотивного теста (КЭТ)

 

Были выявлены отрицательные взаимосвязи между наличием рисков нарушений пищевого поведения и показателями адаптивности (r = 0,29; p = 0,05), принятия себя (r = 0,34; p = 0,01), эмоционального комфорта (r = 0,33; p = 0,05). Кроме того, отрицательные корреляции обнаруживаются между наличием рисков возникновения расстройств пищевого поведения и такими интегральными показателями, как адаптация (r = 0,44; p = 0,01), самопринятие (r = 0,47; p = 0,01), эмоциональный комфорт (r = 0,48; p = 0,01). Таким образом, выявленные в ходе корреляционного анализа взаимосвязи и их характер соотносятся с полученными результатами по итогам сравнения средних значений.

Анализ корреляций показал, что существует отрицательная взаимосвязь между позитивной адаптацией в обществе и показателями объема защитной рефлексии при репродукции неудачи, вины, стыда, обиды (r = 0,42, p = 0,01; r = 0,45, p = 0,01; r = 0,27, p = 0,05 и r = 0,47, p = 0,01 соответственно).

Учитывая то, что наибольшие значимые различия при сравнении средних значений в двух группах были обнаружены по интегральным шкалам, представляется более целесообразным в эмпирическом плане рассматривать возможные корреляции между данными интегральными показателями и шкалами методики КЭТ, чтобы получить максимально полную картину особенностей психологического реагирования в социальных ситуациях у девушек с наличием риска нарушений пищевого поведения.

Результаты корреляционного анализа приведены в таблице 1 (табл. 1, а-г). Согласно данной таблице, существует значимая отрицательная взаимосвязь между параметром агрессии против себя и такими показателями, как адаптация, эмоциональный комфорт, принятие других, самопринятие, интернальность (p = 0,01).

 

Табл. 1-a

Таблица 1. Корреляционный анализ по критерию Спирмена

 

Табл. 1-б

Таблица 1. Корреляционный анализ по критерию Спирмена (продолжение)

 

Табл. 1-в

Таблица 1. Корреляционный анализ по критерию Спирмена (продолжение)

 

Табл. 1-г

Таблица 1. Корреляционный анализ по критерию Спирмена (окончание)

  * Корреляция значима на уровне 0,05 (двухсторонняя)
** Корреляция значима на уровне 0,01 (двухсторонняя)

 

Параметры объема защитной рефлексии при репродукции обиды и чувства вины также отрицательно коррелируют с данными показателями. Объем защитной рефлексии при репродукции неудачи имеет значимую отрицательную взаимосвязь с теми же интегральными показателями, за исключением параметра принятия других людей. Чуть меньшей статистической значимостью обладает имеющаяся отрицательная связь между объемом защитной рефлексии при репродукции стыда и показателями адаптации и самопринятия.

Кроме того, выявляется наличие отрицательной взаимосвязи между шкалами «Самоуничижение Я» и «Защита от зависти» и такими интегральными показателями, как адаптация, самопринятие, принятие других, эмоциональный комфорт, интернальность.

Отмечается отрицательная связь между параметром адаптации и такими показателями, как уход от ситуации, защита от обиды и от чувства стыда. Уровень эмоционального комфорта также имеет отрицательную корреляцию с параметрами ухода защиты от обиды и ухода от ситуации.

Кроме того, выявляются некоторые значимые взаимосвязи между интегральными шкалами. Так, например, параметр эмоционального комфорта имеет положительную взаимосвязь с параметрами самопринятия (r = 0,75; p = 0,01), адаптации (r = 0,84; p = 0,01), принятия других (r = 0,65; p = 0,01), интернальности (r = 0,5; p = 0,01). А показатель адаптации имеет высокую корреляционную соотнесенность со всеми интегральными показателями (p = 0,01). Шкала самопринятия также положительно связана с другими интегральными шкалами.

Таким образом, проведенный корреляционный анализ не только подтвердил полученные при сравнении средних ранговых значений результаты, но и обнаружил значимые взаимосвязи между особенностями психологического реагирования у девушек группы риска развития нарушений пищевого поведения.

Обсуждение результатов

По результатам проведенного исследования особенностей психологического реагирования в ситуациях социального оценивания у девушек с нарушениями пищевого поведения выявлены значимые различия по уровню эмоционального комфорта в группах нормы и риска развития пищевого расстройства. Так, было обнаружено, что девушки, находящиеся в группе нормы, ощущают в среднем значимо больший эмоциональный комфорт в социальных ситуациях, чем девушки, имеющие риски развития расстройств питания. Такое различие обусловлено психологическими особенностями девушек с нарушениями пищевого поведения, среди которых выделяются более низкий уровень самооценки, перфекционизм в отношении себя, стыд своего тела, а также зависимость представлений о себе от социальной оценки. Указанные психологические характеристики могут быть объединены в понятие самопринятия, которое, как показало исследование, непосредственно связано с уровнем эмоционального комфорта. Иными словами, имея высокий уровень перфекционизма, неустойчивую  самооценку и ставя социальную оценку в значимую позицию при формировании представлений о себе, девушки с нарушениями пищевого поведения, оказываясь в социальных ситуациях, где подразумевается их оценка со стороны общества, испытывают эмоциональный дискомфорт, не уверены в себе, подавлены, ситуации социального оценивания действуют на них изматывающе.

Другая, не менее значимая разница выявлена по шкале самопринятия, где средний показатель больше в группе нормы, чем в группе риска. Это говорит о том, что девушки, не имеющие рисков развития расстройств питания, лучше принимают себя, имеют более устойчивое позитивное отношение к себе, чем девушки с рисками нарушений пищевого поведения. Данное различие связано с особенностями самоотношения у девушек с нарушениями пищевого поведения. Наличие неустойчивой самооценки, связанной с оценками социума, озабоченность внешним видом, стыд своего тела, а также перфекционизм в отношении себя обуславливают создающуюся картину негативного отношения к себе. Это подтверждает также выявленная положительная взаимосвязь между самоуничижением «Я» и рисками нарушений пищевого поведения и выраженный более высокий средний показатель по шкале самоуничижения в группе риска. То есть девушки, имеющие склонность к расстройствам питания, проявляют негатив к себе, уничижительно к себе относятся, что влияет на уровень их самооценки и на принятие себя и своего тела с позитивной, адаптивной позиции.

Выявленные значимые различия средних значений по шкалам объема защитной рефлексии свидетельствуют о том, что у девушек с рисками нарушений пищевого поведения чаще актуализируются защитные механизмы против переживания эмоций, связанных с переживанием неудачи, обиды, вины. Они, таким образом, не имеют достаточно ресурсов к адаптивному переживанию возникающих эмоций, в связи с чем испытывают эмоциональный дискомфорт, попадая в социальные ситуации, вызываю-щие данные переживания. Наиболее значимым при этом оказывается такой защитный механизм, при котором девушки направляют возникшую агрессию против себя. Они склонны приписывать себе вину за происходящее, унижать себя и в целом выстраивать негативное к себе отношение. Более выраженными в группе риска также оказываются защиты от зависти и обиды, то есть можно говорить о том, что именно эти переживания вызывают наибольший дискомфорт, вследствие чего запускаются защитные механизмы. Кроме того, учитывая общую картину особенностей психо-логического реагирования, можно предположить, что возникающие чувства вины, стыда, страха неудачи принимаются девушками с рисками нарушений пищевого поведения как нечто закономерное, как то, что они заслужили, что должно быть и что соотносится с ними, с их поведением и внешностью. Иными словами, можно выдвинуть предположение о том, что девушки, имеющие риски нарушений пищевого поведения, придерживаются когнитивной установки «Я это заслужила», вследствие чего мысленно подвергают себя наказаниям в виде уничижения себя и негативизации отношения к себе. Однако здесь можно лишь выдвинуть гипотезу, для подтверждения необходимы дополнительные исследовательские процедуры.

Обобщающим параметром, который коррелирует фактически со всеми рассмотренными шкалами, является интегральный показатель адаптации в целом, который как раз подразумевает понятие социально-психологической адаптации. Средние значения показателя в группах различаются почти в два раза, что свидетельствует о более низкой способности девушек с рисками возникновения нарушений пищевого поведения подстраиваться под имеющиеся и меняющиеся социальные условия. Обращаясь к результатам корреляционного анализа, можно проследить, чем, скорее всего, обусловлено такое дезадаптивное поведение. Выявленные отрицательные взаимосвязи степени адаптации и негативных паттернов защитного поведения являются свидетельством того, что данные особенности, свойственные девушкам с наличием рисков нарушения пищевого поведения, мешают их успешной социально-психологической адаптации. Многочисленные защитные механизмы не дают возможности найти рациональный подход к решению проблемы, отрефлексировать свой опыт. Кроме того, отсутствие эмоционального комфорта делает девушек закрытыми, неуверенными в себе, что влияет на качество их социальных контактов. Более высокий уровень защитной рефлексии от негативных чувств говорит о том, что девушки с рисками развития расстройств питания чаще, чем девушки из группы нормы, острее реагируют на социальную оценку, чутко воспринимают социальные настроения. Придание значимости социальной группе и в то же время невладение ресурсами, помогающими адаптивно справиться с обратной связью общества, обилие защит и эмоциональный дискомфорт формируют имеющуюся у девушек с нарушениями пищевого поведения социально-психологическую дезадаптацию.

Вывод

Таким образом, в проведенном исследовании особенностей психологического реагирования в ситуациях социального оценивания у девушек с наличием риска нарушения пищевого поведения было выявлено, что девушки, имеющие риск развития пищевого расстройства, являются более деазадаптивными в социальных ситуациях, чем девушки, не имеющие расстройств питания. Обладая рядом защитных механизмов и особенностей мышления, девушки с нарушениями пищевого поведения оказываются неспособными успешно адаптироваться к социальным условиям. Направленность на социальную оценку, от которой их самооценка и отношение к себе находятся в непосредственной зависимости, и одновременно острое восприятие социальных влияний создают условия эмоционального дискомфорта, когда девушки ощущают подавленность и тревогу. Все это оказывает деструктивное влияние на успешность социально-психологической адаптации.

Состояние эмоционального дискомфорта основано на отсутствии принятия себя. Обладая неустойчивой самооценкой, которая колеблется в зависимости от общественной оценки, девушки с рисками нарушения пищевого поведения не чувствуют достаточной уверенности в себе и своих силах, что подкрепляет имеющийся в картине психологических особенностей перфекционизм, направленный на себя. Стремясь к наилучшему результату как во внешнем виде, так и в деятельности, остро воспринимая социальную оценку в отношении себя, такие девушки не ощущают собственной успешности и выстраивают негативный образ себя и соответствующую отрицательную систему самоотношения, которая непосредственно сказывается на качестве и особенностях их социальных контактов.

Кроме того, вместе с чуткостью в отношении социальной оценки наблюдается обширный набор защитных механизмов от продуцируемых при социальном взаимодействии переживаний, таких как обида, неудача, вина, стыд, в связи с чем девушки с рисками нарушения пищевого поведения не способны рационально оценить происходящее, отрефлексировать имеющийся опыт и принять адаптивное решение. Направляя в случае неудачи агрессию на самих себя, они склонны к мысленным самоунижениям, что приводит к снижению уровня их самооценки и, как следствие, увеличению эмоционального дискомфорта.

Итак, проведенное в рамках настоящей работы исследование подтвердило поставленные гипотезы об особенностях психологического реагирования у девушек с нарушениями пищевого поведения в ситуациях социального оценивания. Было выявлено, что девушки, имеющие риски нарушения питания, обладают меньшей способностью адаптироваться в социуме, чем девушки группы нормы. Также было показано, что девушки с рисками развития расстройств пищевого поведения имеют ряд особенностей психологического реагирования, среди которых присутствуют различные механизмы психологической защиты. Кроме того, был сделан вывод о том, что девушки с нарушениями питания не имеют навыков адаптивной эмоциональной регуляции, что мешает их успешной социально-психологической адаптации.

Проведенное в рамках данной работы исследование затронуло лишь небольшую часть всей картины взаимодействия девушек с расстройствами питания с социумом. Изучение социальной составляющей имеет большую значимость, так как полученные в ходе таких исследований данные позволят построить более успешную терапию. Обеспечение девушек с нарушениями питания необходимыми ресурсами для управления своими эмоциями, научение их рациональной рефлексии позволят им адаптивно справляться с ситуациями, вызывающими неприятные переживания, что в итоге приведет к успешной социально-психологической адаптации. В связи с этим представляется необходимым продолжение более углубленного изучения особенностей психологического реагирования в социуме у девушек с нарушениями пищевого поведения.

 

Список источников

1. Eating Disorder Statistics & Research [Электронный ресурс]. – URL: https://www.eatingdisorderhope.com/information/statistics-studies. – Заглавие с экрана (дата обращения: 15.02.2021).

2. Eating Disorder Statistics [Электронный ресурс]. – URL: https://www.ndsu. edu/fileadmin/counseling/Eating_Disorder_Statistics.pdf. – Заглавие с экрана (дата обращения: 15.02.2021)

3. Гладышев О.А. Нервная анорексия: механизмы формирования и типология // Евразийский Союз Ученых. Медицинские науки. – 2015. – № 1–2(10). – С. 29–30.

4. Шалыгина О.В., Холмогорова А.Б. «Телоцентрированность» современной культуры и ее последствия для здоровья детей, подростков и молодежи // Консультативная психология и психотерапия. – 2015. – Т. 23, № 4. – С. 36–68. doi:10.17759/cpp.2015230404

5. Fallon E.A., Hausenblas H.A. Media images of the "ideal" female body: Can acute exercise moderate their psychological impact? // Body Image. – 2005. – Vol. 2, № 1. – P. 62–73. doi: 10.1016/j.bodyim.2004.12.001

6. Малкина-Пых И.Г. Терапия пищевого поведения. Справочник практического психолога. – М.: Эксмо, 2007. – 1040 с.

7. What are Eating Disoders [Электронный ресурс]. – URL: https://www.natio naleatingdisorders.org/what-are-eating-disorders. – Заглавие с экрана (дата обращения: 17.02.2021).

8. Карсон Р., Батчер Дж., Минека С. Анормальная психология. – 11-е изд. – СПб.: Питер, 2004. – 1168 с.

9. Выготский Л.С. Собрание сочинений. В 6 т. Т. 3. Проблемы развития психики / под. ред. А.М. Матюшкина – М.: Педагогика, 1983. 368 с.

10. Занозин А.В. Клинико-эпидемиологические и психопрофилактические аспекты нервной анорексии: автореф. дис. … канд. мед. наук. – М., 2002. – 28 с.

11. Роль перфекционизма в формировании особенностей восприятия временной перспективы и образа собственного тела у девушек с нервной анорексией  / Ю.В. Попов, А.А. Пичиков, П.А. Скрипченко [и др.] // Обозрение психиатрии и медицинской психологии им. В.М. Бехтерева. – 2016. – № 4. – С. 73–79.

12. Трифонова С.А. Психология социальных ситуаций: учебное пособие. – Ярославль, 2004. – 91 с.

13. Емельянов Ю.Н. Активное социально-психологическое обучение. – Ленин-град: Издательcтво Ленинградского университета, 1985. – 166 с.

14. Бек Дж. Когнитивно-поведенческая терапия. От основ к направлениям. – СПб.: Питер, 2018. – 416 с.

15. Крайг Г., Бокум Д. Психология развития. – СПб.: Питер, 2002. – 988 с.

16. Дмитриев М.Г., Белов В.Г., Парфенов Ю.А. Психолого-педагогическая диагностика делинквентного поведения у трудных подростков. – СПб.: ЗАО «ПОНИ», 2010. – Ч. 4-9. – 316 с.

17. Гриценко В.В. Теоретические основы исследования социально-психологи-ческой адаптации личности/группы в новой социо- и этнокультурной среде // Проблемы социальной психологии личности. – Саратов, 2005. – С. 4–22.

18. Мельникова Н.Н. Диагностика социально-психологической адаптации личности: учеб. пособие. – Челябинск: Издательство ЮУрГУ, 2004. – 57 с.

 

References

1. Eating Disorder Statistics & Research. Available at: https://www.eatingdisor derhope.com/information/statistics-studies (accessed 15 February 2021).

2. Eating Disorder Statistics. Available at: https://www.ndsu.edu/fileadmin/counse ling/Eating_Disorder_Statistics.pdf (accessed 15 February 2021).

3. Gladyshev O.A. Anorexia nervosa: formation mechanisms and typology. Evraziiskii Soyuz Uchenykh. Meditsinskie nauki, 2015, no. 1-2(10), pp. 29–30. (In Russ.).

4. Shalygina O.V., Kholmogorova A.B. "Body orientation" of the contemporary culture and it's influence on the children's, adolescents' and youth's health. Konsul'tativnaya psikhologiya i psikhoterapiya, 2015, vol. 23, no. 4, pp. 36–68. (In Russ.). doi:10.17759/cpp.2015230404

5. Fallon E.A., Hausenblas H.A. Media images of the "ideal" female body: Can acute exercise moderate their psychological impact? Body Image, 2005, vol. 2, no. 1, pp. 62–73. doi: 10.1016/j.bodyim.2004.12.001

6. Malkina-Pykh I.G. Terapiya pishchevogo povedeniya. Spravochnik prakticheskogo psikhologa [Eating behavior therapy. Reference book of practical psychologist]. Moscow, Eksmo Publ., 2007. 1040 p.

7. What are Eating Disoders. Available at: https://www.nationaleatingdisorders. org/what-are-eating-disorders (accessed 17 February 2021).

8. Karson R., Batcher Dzh., Mineka S. Anormal'naya psikhologiya [Abnormal psychology]. 11th edition. St. Petersburg, Piter Publ., 2004. 1168 p.

9. Vygotsky L.S. Sobranie sochinenii. V 6 t. T. 3. Problemy razvitiya psikhiki [Collected works. In 6 vols. 3. Problems of mental development]. Moscow, Pedagogika Publ., 1983. 368 p.

10. Zanozin A.V. Kliniko-epidemiologicheskie i psikhoprofilakticheskie aspekty nervnoi anoreksii. Avtoref. dis. kand. med. nauk [Clinical, epidemiological and psychoprophylactic aspects of anorexia nervosa. Cand. med. sci. diss.]. Moscow, 2002.

11. Popov Yu.V., Pichikov A.A., Skripchenko P.A., Trusova A.V., Tyavokina E.Yu., Vasyuk A.S., Pukhovets Yu.A. The role of perfectionism in the formation of features of the perception of the time perspective and the image of one's own body in girls with nervous. Obozrenie psikhiatrii i meditsinskoi psikhologii im. V.M. Bekhtereva, 2016, no. 4, pp. 73–79. (In Russ.).

12. Trifonova S.A. Psikhologiya sotsial'nykh situatsii: uchebnoe posobie [Psychology of social situations]. Yaroslavl', 2004. 91 p.

13. Emel'yanov Yu.N. Aktivnoe sotsial'no-psikhologicheskoe obuchenie [Active socio-psychological learning]. Leningrad, Izdatel'ctvo Leningradskogo universiteta Publ., 1985. 166 p.

14. Bek Dzh. Kognitivno-povedencheskaya terapiya. Ot osnov k napravleniyam [Cognitive behavioral therapy. From basics to directions]. St. Petersburg, Piter Publ., 2018. 416 p.

15. Kraig G., Bokum D. Psikhologiya razvitiya [Developmental psychology]. St. Petersburg, Piter Publ., 2002. 988 p.

16. Dmitriev M.G., Belov V.G., Parfenov Yu.A. Psikhologo-pedagogicheskaya diagnostika delinkventnogo povedeniya u trudnykh podrostkov [Psychological and pedagogical diagnosis of delinquent behavior in difficult adolescents]. St. Petersburg, ZAO "PONI" Publ., 2010. Part 4-9. 316 p.

17. Gritsenko V.V. Teoreticheskie osnovy issledovaniya sotsial'no-psikhologicheskoi adaptatsii lichnosti/gruppy v novoi sotsio- i etnokul'turnoi srede [Theoretical foundations for the study of socio-psychological adaptation of a person/group in a new socio- and ethno-cultural environment]. In: Problemy sotsial'noi psikhologii lichnosti [Problems of social psychology of personality]. Saratov, 2005, pp. 4–22.

18. Mel'nikova N.N. Diagnostika sotsial'no-psikhologicheskoi adaptatsii lichnosti: ucheb. posobie [Diagnosis of socio-psychological adaptation of the individual]. Chelyabinsk, Izdatel'stvo YuUrGU Publ., 2004. 57 p.

 

Для цитирования

УДК 159.9:613.2:616.89-008.44-055.2

Мясникова О.В., Кузьмина А.С. Особенности социально-психологической адаптации девушек в контексте нарушений пищевого поведения // Медицинская психология в России: сетевой науч. журн. – 2021. – T. 13, № 5. – URL: http://mprj.ru (дата обращения: чч.мм.гггг).

 

Features of socio-psychological adaptation of girls in the context of eating disorders

Myasnikova O.V.1
E-mail: myasnikova_olesya@mail.ru

Kuzmina A.S.1
E-mail: annakuz87@yandex.ru

1 Altai State University
61 Lenin Ave., Barnaul, 656049, Russia
Phone: +7 (3852) 296-665

Abstract

This article is devoted to the study of the features of socio-psychological adaptation in the context of eating disorders in girls. The relevance of the work is due to the increasing prevalence of eating disorders among the young population and the emergence of new types of disorders in this area. Despite the high importance of the social factor in the formation and maintenance of eating disorders, there is currently insufficient research on the features of interaction with society in people with eating disorders.

The aim of this work was to study the features of socio-psychological adaptation in girls with eating disorders. The author hypothesized that girls with eating disorders have a lower level of socio-psychological adaptation than girls without eating disorders. In the course of the study, the following diagnostic tools were used: the scale "Eating Attitudes Test" (EAT-26), the questionnaire of socio-psychological adaptation (SPA) by K. Rogers and R. Diamond in the modification of A.K. Osnitsky, Cognitive-emotive test (CAT) Yu.M. Orlov. The statistical capabilities of Microsoft Excel 2007 and IBM SPSS Statistics 24 were used to process the obtained data.

As a result of the conducted empirical research, it was revealed that girls with the risk of forming eating disorders are more socially maladapted than girls from the conditional norm group. The features of psychological defenses are shown, and a lower degree of self-acceptance is found in girls with risks of developing eating disorders. It was concluded that girls with eating disorders have a number of psychological characteristics, such as the presence of protective mechanisms, a lower level of self-acceptance, etc., which have an adverse effect on the process of adaptation in society.

The data obtained as a result of this study are useful for conducting psychological intervention, as well as for a more complete understanding of the picture of eating disorders.

Keywords: eating disorders, socio-psychological adaptation, social assessment, self-acceptance, social maladaptation, self-attitude, self-esteem, social situation, emotional regulation

For citation

Myasnikova O.V., Kuzmina A.S. Features of socio-psychological adaptation of girls in the context of eating disorders. Med. psihol. Ross., 2021, vol. 13, no. 5. (In Russ.).

 

  Р’ начало страницы Р’ начало страницы

 

Портал medpsy.ru

Предыдущие
выпуски журнала

2021 РіРѕРґ

2020 РіРѕРґ

2019 РіРѕРґ

2018 РіРѕРґ

2017 РіРѕРґ

2016 РіРѕРґ

2015 РіРѕРґ

2014 РіРѕРґ

2013 РіРѕРґ

2012 РіРѕРґ

2011 РіРѕРґ

2010 РіРѕРґ

2009 РіРѕРґ